Темперамент. Характер. Личность

Предлагаем вашему вниманию отрывок из книги "Темперамент. Характер. Личность" Симонов П. В., Ершов П. М. - Москва: "Наука", 1984 г.

Книга члена-корреспондента АН СССР, доктора медицинских наук П.В.Симонова и кандидата искусствоведения П.М.Ершова посвящена популярному изложению естественнонаучных основ индивидуальных особенностей человека в свете учения И.П.Павлова о высшей нервной деятельности и достижений современной психофизиологии. В ряде глав использовано творческое наследие К.С.Станиславского, касающееся воссоздания характеров действующих лиц и принципов актерского перевоплощения в индивидуальность изображаемого персонажа. Книга представляет интерес для самого широкого круга читателей - физиологов, психологов, педагогов, работников искусства, для каждого, кто в своей практической деятельности связан с вопросами воспитания, подбора, профессиональной ориентации людей.

 

Темперамент — «характеристика индивида со стороны динамических особенностей его психической деятельности, т. е. темпа, ритма, интенсивности отдельных психических процессов и состояний. В структуре темперамента можно выделить три главных компонента: общую активность индивида, его двигательные проявления и эмоциональность».

Характер— «целостный и устойчивый индивидуальный склад душевной жизни человека, ее тип, «нрав» человека, проявляющийся в отдельных актах и состояниях его психической жизни, а также в его манерах, привычках, складе ума и свойственном человеку круге эмоциональной жизни. Характер человека выступает в качестве основы его поведения. . .». В первый момент кажется, что определения темперамента и характера практически совпадают, хотя появилось и нечто новое: склад ума, манеры, привычки. Однако в своей повседневной житейской практике мы вряд ли спутаем темперамент человека с его характером. Именно характер, а не темперамент мы назовем сильным, слабым, твердым, мягким, тяжелым, плохим, настойчивым, труднопереносимым и т. д. Определений, пригодных для описания темперамента, в языке гораздо меньше: бурный, неукротимый, вялый... Пожалуй, удобнее всего по-прежнему пользоваться терминологией древних греков, подразделяя человечество на холериков, меланхоликов, сангвиников и флегматиков. Интуитивно ощущаемое различие, несовпадение темперамента и характера подсказывает, что в основе этого различия лежат какие-то существенно разные проявления индивидуальности. В темпераменте преимущественно выражается отношение человека к происходящим вокруг него событиям. Датский художник X. Бидструп в серии юмористических рисунков изобразил реакцию четырех субъектов на одно и то же происшествие: незнакомый прохожий нечаянно сел на шляпу отдыхавшего на скамейке господина. В результате холерик пришел в ярость, меланхолик страшно огорчился, сангвиник — рассмеялся, а флегматик невозмутимо надел шляпу себе на голову. Характеры выявляются в действии — активном, целеустремленном, нерешительном, покорно-подражательном и т. д. Общее же между ними состоит в том, что ни темперамент, ни характер ничего не говорят нам о социальной ценности данного человека: обладающий отвратительным характером холерик может преследовать возвышенные цели, а мягкий и уступчивый сангвиник оказывается отъявленным негодяем.

Личность включает в себя и темперамент, и характер человека, но не ограничивается ими, поскольку личность — «ядро, интегрирующее начало, связывающее воедино различные психические процессы индивида и сообщающее его поведению необходимую последовательность и устойчивость».

В классификации Павлова холерику соответствует сильный возбудимый неуравновешенный тип, а меланхолику — слабый. Сангвиник — сильный уравновешенный подвижный тип по Павлову, а флегматик —сильный уравновешенный инертный. Со свойственной ему наблюдательностью Павлов отметил характерные черты эмоциональности, присущей каждому из основных типов.

По мнению Павлова, сильный неуравновешенный тип склонен к ярости, слабый — к страху, для сангвиника характерно преобладание положительных эмоций, а флегматик вообще не обнаруживает сколько-нибудь бурных эмоциональных реакций на окружающее. Эмоции автоматически указывают на все наиболее доступное и на все наименее доступное в данной ситуации применительно ко всем одновременно существующим потребностям субъекта. Поскольку сила эмоции зависит не только от силы каждой из потребностей, но и от возможности их удовлетворения, эмоция направляет человека к наиболее доступному в данных конкретных условиях. Эмоция — традиционный источник соблазнов, вплоть до ведущих к преступлению. Воля, напротив, ориентирует человека на труднодоступное, на требующее преодоления препятствий.

Каждый стоит столько, сколько стоит то, о чем он хлопочет,

Марк Аврелий

Признавая ключевую роль потребностей в поведении человека, мы не располагаем их обоснованной классификацией, традиционно ограничиваясь делением потребностей на материальные и духовные, на естественные (биологические) и культурные (исторические).

Биологические (витальные) потребности призваны обеспечить индивидуальное и видовое существование человека, принадлежащего живой природе на высшей стадии ее развития. Они порождают множество материальных квазипотребностей в пище, одежде, жилище, в технике, необходимой для производства материальных благ, в средствах защиты от вредных воздействий и т. д.

К числу биологических относится и потребность экономии сил, побуждающая человека искать наиболее короткий, легкий и простой путь к достижению своих целей. Потребность в экономии сил близка потребности в вооружении (которую нам предстоит рассмотреть специально), но это две разные потребности, хотя на уровне человека они постоянно дополняют, поддерживают и даже питают одна другую. Принцип экономии сил лежит в основе изобретательства и совершенствования навыков, но может приобрести и самодовлеющее значение, трансформировавшись в лень.

Социальные потребности мы выделяем в особую группу, памятуя, что социально детерминированы и все другие побуждения человека. Однако в данном случае речь идет о социальных потребностях в узком и собственном смысле слова. Это потребность принадлежать к социальной группе и занимать в ней определенное место, пользоваться привязанностью и вниманием окружающих, быть объектом их уважения и любви. Попытки свести все многообразие социальных потребностей к «жажде власти» безнадежно устарели. Потребность лидерства — лишь одна из многочисленных разновидностей этой группы мотиваций, причем потребность быть «ведомым» нередко перекрывает по силе и остроте желание быть лидером.

Третью и последнюю группу исходных потребностей составляют идеальные потребности познания в самом широком смысле: познания окружающего мира в целом, в его отдельных частностях и своего места в нем, познания смысла и назначения своего существования на земле.

Биологические, социальные и идеальные (познавательные) потребности в свою очередь делятся на две разновидности: на потребности сохранения и развития. А. Маслоу и Г. Олпорт называют их потребностями «нужды» и «роста». Приобретение самых первых, самых элементарных умений маленьким ребенком не связано с его голодом или жаждой. Более того, голод, дискомфорт, вызванный мокрой пеленкой или охлаждением, прерывают и тормозят процесс приобретения навыков, которые, в сущности, понадобятся ребенку много позднее.

Сама мысль рождается не из другой мысли, а из мотивирующей сферы нашего сознания, которая охватывает наши влечения и потребности, наши интересы и побуждения, наши аффекты и эмоции. По типу присущего им мышления Павлов разделил всех людей на «художников», «мыслителей» и представителей наиболее многочисленного среднего типа, в равной мере использующих как мышление образами, так и понятиями. Сегодня мы знаем, что левое полушарие (у правшей) связано с речью, абстрактно-понятийным мышлением, математическими способностями, в то время как правое оперирует чувственно-непосредственными (зрительными, слуховыми, осязательными и т. д.) образами, пространственными представлениями, связано с музыкальными способностями и комбинаторной одаренностью. Множество фактов свидетельствует о преимущественной «эмоциональности» правого полушария. Образно говоря, правое полушарие больше связано с порождением целей, а левое — с их конкретизацией и с уточнением средств достижения этих целей. Представления об интро- и экстравертированности страдают крайней противоречивостью. Об экстра- или интровертированности судят по тому, отчего преимущественно зависят реакции и деятельность человека — от внешних впечатлений, возникающих в данный момент (экстравертированность), или от образов, представлений и мыслей, связанных с прошлым и будущим (интровертированность). Л. Мартон и Я. Урбан характеризуют интроверта как сильного, малочувствительного, неуравновешенного, а экстраверта — как слабого, чувствительного, склонного к торможению индивидуума.

Поскольку холерик (сильный безудержный тип) движим устойчиво доминирующей потребностью, его действия, как правило, обладают чертами преодоления и борьбы с характерной для этих действий эмоцией гнева, ярости, агрессивности. Меланхолик (слабый тип), напротив, всегда тяготеет к обороне, к защите, нередко окрашенной эмоциями страха, неуверенности, растерянности. Обладающий выраженным мотивационным «стержнем» и одновременно любознательный, ищущий, «открытый» среде сангвиник (сильный подвижный тип) чаще других испытывает положительные эмоции. Что касается флегматика, то при всей его эмоциональной индифферентности он тем не менее опять-таки тяготеет к положительным эмоциям, поскольку его внутренний мир хорошо сбалансирован и устойчив. И снова мы обязаны подчеркнуть, что речь идет именно о тенденции, о предпочтительной склонности, поскольку представители любого типа наделены всем арсеналом человеческих эмоций.

В природе не существует «хороших» и «плохих» типов нервной системы. Сам факт их сохранения на протяжении миллионов лет сначала биологической, а затем культурно-исторической эволюции показывает, что для человечества в целом необходимо и полезно наличие разных типов (темпераментов). В. М. Теплов и В. Д. Небылицын представили в свое время убедительные доказательства тому, что для различных видов деятельности оптимальными оказываются свойства, присущие тому или иному темпераменту. Если «сильный» тип обнаруживает высокую устойчивость в экстремальных ситуациях, то повышенная чувствительность «слабого» типа представляет не менее ценное качество в иных условиях, где требуется способность к быстрому и тонкому различению внешних сигналов. Специальные эксперименты показали, что представители разных типов нервной системы решают одни и те же задачи в равной мере успешно, только каждый из них использует свою тактику деятельности. Человечество сильно своим разнообразием.

Ещё раз подчеркиваем значение воспитания для формирования личности на базе индивидуальных особенностей нервной системы, природных способностей и задатков.

 

P.S.

По данной тематике рекомендуем ознакомиться с материалами:

- "Теории личности: сравнительный анализ" Мадди С. // Пер. с англ. И. Авидона, А. Батустина, П. Румянцевой. - СПб.: Издательство "Речь", 2002.

- "Становление личности ребенка 6—7 лет" Непомнящая Н. И./Науч .--исслед. ин-т общей и педагогической психологии Акад. пед. наук СССР.—М.: Педагогика, 1992.

- "Сравнительное исследование стилей мышления, типа личности и темперамента у праворуких и леворуких людей" В. И. Лупандин, И. К. Пятых // Известия Уральского государственного университета. – 2010. – № 4(81). – С. 95-104.